Барак Обама вспоминает отца

Отрывок из книги «Мечты моего отца» Барака Обамы

Мне тогда только исполнилось 21, я жил в Нью-Йорке, недалеко от Восточного Гарлема. Квартал был мрачноватый, почти без деревьев, часто в тени. Мальчики на улице время от времени обсуждали недавнюю ночную перестрелку. Соседи – пуэрториканцы, с одним из них мы иногда сидели на улице, курили. Он покрикивал на более обеспеченных белых, иногда заходивших в наш район со своими собачками: «Убирай дерьмо за своей псиной, придурок!» и мы вместе смеялись, наблюдая испуганную реакцию хозяина собаки.

Холодным ноябрьским утром я был на кухне, готовил свой завтрак, как вдруг сосед по комнате передал мне трубку телефона.

— Барри, Барри, это ты?

— Да, кто это?

— Барри, это твоя тетка Джейн. Из Найроби. Ты меня слышишь?

—  Извините, кто вы?

— Тетка Джейн. Послушай, Барри, твой отец умер. Разбился на машине. Алло, ты меня слышишь? Я говорю, твой отец умер, позвони своему дяде в Бостон и скажи ему. Я не могу уже говорить, Барри, я позже перезвоню.

И все. Дальше связь оборвалась. Я присел, уставился на трещины в потолке, пытаясь осознать свою потерю.

**********

Ко времени этих событий мой отец оставался для меня мифическим героем, кое в чем напоминавшем человека.   Он уехал обратно в Африку в 1963 году, когда мне было только два года, поэтому будучи ребенком я знал о нем только то, что рассказывала мать и бабушка с дедушкой. У каждого из взрослых была своя любимая история, и все эти мифы были как будто отполированы от частого повторения.

У меня до сих пор перед глазами дед, сидящий в кресле и потягивающий виски за одной из таких историй:

— Как-то твои папа и мама поехали с приятелем полюбоваться видами Гавайев, они доехали до одной из смотровых площадок ….

— Твой отец был ужасным водителем, — объясняет мама. Дед тем временем продолжил:

Барак Обама (в центре) с матерью Анной и дедом Стенли,1970-е. Фото из Facebook Барака Обамы
Барак Обама (в центре) с матерью Анной и дедом Стенли,1970-е. Фото из Facebook Барака Обамы

— И твой отец стал возле перил и закурил свою трубку – этой был мой подарок. Курил и любовался видом. Ну прямо как капитан  корабля. И тут приятель попросил  у него попробовать затянутся.

— Твой отец очень гордился этой трубкой, — это мама снова перебивает, — бывало он курил ночи напролет, пока готовился к учебе.

— Анна, может, ты сама расскажешь, или все-таки дашь мне закончить историю?

— Извини, папа, рассказывай.

— Этот парень был таким же студентом из Африки, наверное, он был впечатлен как круто Барак выглядел с этой трубкой. В общем, он зашелся кашлем после первой же затяжки и случайно выронил трубку за перила. Она упала с обрыва высотой несколько десятков метров. Твой отец немного подождал, пока парень откашляется, а потом потребовал принести ему трубку. Парень сказал, что купит такую же, но Барак сказал, что это был подарок, а подарок ничем не заменишь. В общем, твой отец поднял его и подержал немного висящим над перилами.

— Ну, над перилами он его не держал, папа, — опять перебивает мама.

— Но тут и твоя мама умоляла его отпустить и все остальные увидели сцену, в общем, он его поставил обратно на ноги.  И спокойно предложил ему пойти выпить пива. Твоя мама, конечно, была расстроена, но по дороге обратно Барак вел себя так, как будто ничего не произошло. Дома она в ужасе все рассказала нам, но твой отец ответил: «Анна, расслабься, я просто хотел научить парня тому, что с чужими вещами нужно бережно обращаться».

— Твой отец может  быть очень властным, — сказала мама, немного улыбаясь, — но это, потому что он очень честный человек и это делало его бескомпромиссным.

— Это точно – добавил дедушка, — Твой отец умел решать любую проблему и поэтому он всем нравился. Помнишь, как он выступал на музыкальном фестивале? Он сначала согласился спеть какую-нибудь африканскую песню, но когда приехал на сам концерт, оказалось, что выступление – далеко нетривиальная задача. Потому что как раз перед ним выступала гавайская певица с целым ансамблем и пела очень хорошо. Любой человек на его месте сказал, что тут произошла какая-то ошибка, и не вышел бы на сцену. Но не Барак. Он вышел и стал петь перед этой большой толпой – что, вообще-то, не так и легко – он, конечно, был не супер-певец, но он был так уверен в себе во время выступления, что сорвал аплодисментов больше всех.

— Твой отец умел решать любую проблему и поэтому он всем нравился.

Дед закивал при этом головой и приподнялся в кресле, чтобы включить телевизор.

— Теперь у тебя есть чему научится у отца. Самоуверенность – секрет успеха любого мужчины.

*********

Вот так все эти истории и появлялись – краткие, похожие на апокрифы, вдруг вспоминались за один вечер, а потом забывались на месяцы или годы. Как черно-белые старые фотографии отца, висевшие дома на стене, которые я замечал время от времени.  Мои собственные воспоминания начинаются с того момента как мать стала встречаться с мужчиной, который потом станет ее вторым мужем и я понял, что скоро фотографии отца уберут со стены.

Но вот проходит какое-то время, и мы с мамой сидим на полу, смахиваем пыль с фотоальбома и я рассматриваю портретное фото отца – темное, улыбающееся лицо, высокий лоб и очки в тонкой оправе, в которых он казался взрослее – и слушаю очередной рассказ о его жизни.

Барак Обама-старший
Барак Обама-старший

Этнически он принадлежал к народу Луо, вырос на берегах озера Виктория. Его отец – мой второй дед – Хуссейн Оньянго Обама – был хорошим фермером и считался местным знахарем. Отец ходил в школу, которая была основана местными Британскими колониальными властями и был  одним из лучших учеников. За успехи в учебе ему оплатили обучение в столице – Найроби, а потом, в самом начале независимости Кении он был выбран руководством страны и американскими спонсорами одним из студентов, которого направили учиться в университеты США. Он принадлежал первой волне африканцев, которые должны были принести на родину западные технологии и образованность —  чтобы строить новую, современную Африку.

В 1959 году, в свои 23 года, он приехал на Гавайи и стал в местном университете первым студентом из Африки. За три года он закончил весь курс первым по успеваемости. У него было множество друзей, с которыми он основал Международную студенческую ассоциацию и стал в ней первым президентом. На курсах русского языка он познакомился с красивой девушкой 18-ти лет. Они влюбились. Родители девушки поначалу были насторожены, но потом покорены его обаянием и интеллектом. Молодые поженились и девушка родила сына, которому он дал свое имя. Он добился еще одной стипендии – на этот раз на учебу в самом Гарварде. Но у него не было  денег для того, чтобы взять с собой семью на новое место. Они развелись и он вернулся в Африку – выполнить свой долг перед континентом. Мать и ребенок остались позади, но любовь между ними сохранилась вопреки расстоянию…

На этом фотоальбом закрывался…

В моей памяти просто отпечатался один факт: мой отец был черный как смоль, а мать – белая как молоко. О его расовой принадлежности есть только одна история. Согласно семейному преданию, как-то отец после очередной сессии сидел с дедом и его друзьями в баре. Все слушали музыку и отдыхали, как вдруг один из посетителей заявил, что он «не будет пить рядом с ниггером». В баре резко все затихли и ждали драки. Вместо этого отец встал, улыбнулся, подошел к этому белому и прочитал ему краткую лекцию о равенстве всех людей, о том, что такое американская мечта и о том как, глупо выглядеть расистом. «Когда Барак закончил свою речь, парень выглядел жалко, — вспоминает дед, — он достал из кармана 100 долларов, заплатил за наш ужин, а сдачи отцу хватило на оплату аренды квартиры».

В моей памяти просто отпечатался один факт: мой отец был черный как смоль, а мать – белая как молоко

К тому времени я был уже подростком и все меньше верил в правдивость этой истории. Но много лет спустя мне позвонил какой-то японец и сказал, что видел интервью со мной в газете, и мое имя – Барак Обама – такое же как и у отца — пробудило в нем воспоминания. Оказалось, он был однокурсником папы и полностью повторил мне историю, рассказанную дедом – о том, как тот белый пытался купить прощение отца. «Я никогда не забуду этого», — вспоминал японец.

Перевод Fathers Club