Луиджи Зойя: «Мужчина легко становится животным»

man-bear+

Луиджи Зойя – один из самых известных в мире юнгианских психоаналитиков, автор книги «Отец. Исторический, психологический и культурный анализ», переведенной уже на 12 языков мира.

Его книга – о том как в истории появился образ отца и почему он теперь исчезает. Нам удалось пообщаться с ученым во время его краткого визита в Киев в апреле этого года.

— Луиджи, как вы считаете, что больше всего мешает быть хорошим отцом?

— Множество вещей. Но прежде всего — популярный в массовой культуре образ мачо. Потребительское отношение к жизни, которые из этого образа исходит.

— Вы имеете в виду в рекламе или в кино?

— Да, и там тоже. Образы мужественности в рекламе часто не имеют ничего общего с отцовством. Образ мачо учит тратить деньги на себя, а не на свое потомство. На новую машину или мотоцикл, а не на учебу своих детей.

Луиджи Зойя
Луиджи Зойя

Природа мужчины состоит из двух частей – с одной стороны: воин, соперник, мачо, с другой – отец. Я хочу особо обратить внимание на то, что модели воина и отца друг с другом не связаны, они противоположны. Мы, мужчины, очень легко впадаем в животное состояние. Я немного утрирую, но у животных модели отцовства нет. Есть несколько самцов, которые конкурируют за самку. И самка дает потомство от сильнейшего. Но не потому что он будет хорошо заботится о потомстве, а потому что он оказался сильнейшим. Так работают отношения у человекоподобных обезьян.

И в человеческом обществе эти два представления о мужественности – воина и отца – не уравновешены. У женщин тоже две модели. То есть женщина может быть и партнером в браке и матерью. Но эти модели у них находятся в балансе. И в человеческом обществе и в животном мире. Отцовство – это продукт культуры, а не генетики. И поэтому нам, мужчинам, нужно постоянно учиться быть отцами.

Читайте также. Как мальчик становится мужчиной

Наше общество все еще очень маскулинное. Феминизм его не изменил, потому что в самой идее женщин, которые борются за свои права, уже заложена идея мужественности. Просто теперь наша культура сосредоточена не на отце, а только на мужественности. Я думаю, что феминизм фактически не достиг своих целей.

Сейчас в обществе фигура мужчины-воина стала куда более значимой, чем фигура отца. Для такого мужчины главное – победить в постоянной конкуренции. А для отца – забота о будущем, о пропитании, о том как научить детей устанавливать свои границы и уважать чужие. И массовая культура больше актуализирует мужественность как бойца и воина.

Фрейд считал, что борьба идет между отцом и сыном и приводил в пример историю об Эдипе. Но если смотреть шире, то в культуре много отцовских фигур – и Одиссей и Гектор. Тот же Гектор одновременно являлся и хорошим воином, и хорошим отцом. Это чрезвычайно сложно – уравновесить эти два образа в себе.

— Я правильно вас понимаю, что в современном обществе маскулинность больше ушла в соперничество, чем в отцовство?

— Да, верно. И это особенно актуально для европейской модели обществе. Потому что экономика построена так, что вам нужно постоянно конкурировать с другими. Нужно постоянно бороться, иначе потеряешь свою работу. И не только мужчины, но и женщины теперь – бойцы. Они теперь тоже конкурируют на рынке труда и иногда достаточно агрессивно.

— Получается, что феминизм в каком-то смысле – абсолютно маскулинная идея. Идея борьбы за свое место под солнцем и соревнования со всеми…

— В каком-то смысле вы правы.

Читайте также. Что и кому должен настоящий мужчина

— Луиджи, в начале своей книги вы вспоминаете эпизод из жизни Фрейда – о том, как он понял никчемность своего отца. То есть у него самого была отцовская рана? Может, часть его идей именно этой раной и объясняются?

— Да, в значительной степени. Потому что он очень много обращал внимание на конкуренцию между сыном и отцом. Фрейд – гений. Но он хотел быть больше ученым, чем психологом. В одной из своих главных книг «Толкование сновидений» он описывает тот самый эпизод с отцом. Что для ученого довольно смешно – потому что это слишком личное. По сути дела, ему не хватало его отца.

— Современные молодые отцы часто говорят, что им не хватало примера отцовства в их детстве. Как быть хорошим отцом парню из разведенной семьи, который сам вырос без отца?

— Тут нужно начать с того, что мужская идентичнсоть куда более изменчива, чем женская. Об этом говорит и история, и антропология, и социология. Женская идентичность напрямую связана с материнством – это то, что не меняется на протяжении тысяч и миллионов лет человеческой истории. А к отцовству отношение у людей меняется в зависимости от культуры и исторического периода. У женщин все заложено генетически, они вынашивают ребенка, они его вскармливают и их не нужно учить как кормить грудью или как заботиться о ребенке. А с отцами все намного сложнее, мы не вынашиваем детей и не кормим их.

Father
Книга Луиджи Зойя «Отец. Исторический, психологический и культурологический анализ»

В отцовстве нам всему еще нужно учиться. Женщина вряд ли может не знать что значит быть матерью. А нам, отцам, всегда нужны примеры. Нас нужно учить быть отцами. К тому же, любая эпоха или культура оказывают сильное влияние на представление людей о мужественности. К примеру, у вас в Украине фактически идет война. Она не названа войной официально, но она, по сути, война. И это оказывает на идею мужественности куда более сильное влияние, чем на представление о женственности.

— Тоталитаризм в СССР – какое он влияние оказывал на представление о мужественности?

— Дело не только в тоталитаризме или в СССР. Фашизм в Италии и Германии тоже оказывал влияние. Потому что политика – это тоже про маскулинность. Возьмите хотя бы такой термин как «отец нации». Это символ, сильно связанный с представлением о мужественности в обществе. Маскулинность, или представление о мужественности, имеет две полярности. Одна – это воин, добытчик, охотник. А с другой стороны – отец. Оберегающий и защищающий. Воин – это про немедленный результат. А отец заботится о будущем, а не о быстром результате.

Читайте также. Таблеток для смелости не бывает

Но сама политическая фигура – человека, провозгласившего себя отцом нации дала обществу не жизнь, а смерть. И эта фигура отца была лишена многих важных составляющих.

— Вы имеете в виду Сталина или других диктаторов?

— Да. Эта фигура не имела того, что имеет архетип отца. Тем самым уничтожая власть самого символа.

— Как репрессии в СССР повлияли на отцовство? Ведь отцов просто не было физически?

— Это повлияло, конечно. Исчезла модель отца, а осталась – только воина. Я говорю именно о психологической роли отца. Отсутствие отцов заставило женщин стать сильнее. Фактически женщины вынуждены были стать и матерями, и отцами одновременно. Они не только обнимали и кормили детей, но и устанавливали границы и правила для детей. А это именно то, что призван делать отец. Ведь одно физическое присутствие отца мало что меняет. Может быть и так, что отец в семье есть, но он просто – идиот, который пялится в телевизор. И фактически он не отец. Потому что он не принимает практического участия в жизни семьи.

— Другими словами, отец может присутствовать физически, но отсутствовать эмоционально и тогда никакого толку от его присутствия нет.

— Да. Трагедия не в количестве разводов и ушедших отцов. А в том, что даже когда они остаются в семье, они не гордятся своим отцовством, оно им не в радость. Сейчас готовится к изданию украинский перевод моей книги и я как раз пишу к нему предисловие. Я там вспоминаю немного об отцах в афро-американских семьях. Там отцов фактически не было. В силу исторических причин – рабам не разрешали быть отцами, детей продавали вместе с матерями, отдельно от отцов. Это продолжалось столетиями. И сама отмена рабства не сильно повлияла на отцовство, потому что уже укоренилась традиция отсутствия отцов. И значительная часть успеха Барака Обамы была именно в попытке вернуть образ отца для афро-американских семей. Он дал афро-американцам право гордиться своим отцовством. Во время его предвыборной кампании я жил в Нью-Йорке и помню социальную рекламу отцовства именно для афро-американских семей.

Нужно еще научиться гордиться своим отцовством. Потому что гордится тем, что ты завоеватель легко – к примеру, хвастаться тем, что ты переспал с девушкой.

— То есть для того, чтобы уравновесить образы отца и воина, мужчинам нужно напомнить, что они имеют право гордиться своим отцовством?

— Совершенно верно. Но женщинам нужно помогать мужчинам в этом.

— Как именно?

— Не унижать мужчин в их отцовской роли. Женщины иногда могут убийственно отзываться о своих мужьях и об их отцовских качествах. Унижать мужчину в присутствии его детей – это огромная психологическая рана. И не только для отца, но и для ребенка.

Читайте также. Маст-рид для отцов

Читайте также. Как помочь сыну вырасти настоящим мужчиной