Правила отцовства: Метод Смита

smith family

Отец трех обаятельных и одаренных детей, пошедших по его стопам, американский актёр, режиссер и музыкант Уилл Смит — о бурлящих гормонах, отцовских уроках и школе выживания в современном мире

В нем удачно сочетаются мужественность и жажда жизни, неподкупное актерское обаяние и музыкальный талант. И это далеко не все козыри актера, продюсера и хип-хопера Уилла Смита. С одной стороны он зарабатывает миллионы, летает на частном самолете, дружит с президентами и сильными мира сего. А с другой – предельно честен в разговоре, по-приятельски откровенен и щедр на советы, как собственной рецептуры, так и усвоенные с подачи родителей.

Мой отец – отставной военный, так что в детстве у нас все было как будто по уставу. Он настаивал на том, что все должно делаться по определенным правилам. Когда он уволился из военно-воздушных сил, он открыл собственное дело – начал торговать холодильниками. Мне было лет двенадцать, моему брату – девять, когда в один прекрасный день он решил переделать фасад своего магазина. Старый он сломал и сказал, что придумал нам работу на лето: построить новую стену. Просто чтобы вы понимали, длиной она должна была быть метров двенадцать, а высотой – около пяти. Мы с братом стояли перед магазином и думали: «Тут больше никогда, никогда не будет стены». Все лето мы клали кирпичи, один за другим, один за другим. Лето плавно перетекло в осень, осень – в зиму, а зима – в весну, и только тогда фасад был готов. Я знаю, что отец все это спланировал. Он говорил: «Чтобы я никогда не слышал, что вы чего-то там не можете сделать». А Конфуций говорил: «Прав и тот, кто говорит, что сможет, и тот, кто говорит, что не сможет».

Уилл Смит с отцом сэром Уиллардом Кэрроллом Смитом
Уилл Смит с отцом сэром Уиллардом Кэрроллом Смитом

Отец дал мне немало хороших уроков. Один я запомнил на всю жизнь. Он владел небольшой рефрижераторной компанией, и я подрабатывал у него. Как-то в одном из супермаркетов, который мы обслуживали, случилось наводнение. Нам с отцом пришлось ехать отключать холодильники, так как вода уже подступала к электрощиту. Я должен был всего-навсего подсвечивать отцу фонариком. Задача несложная, но накануне я отлично повеселился на вечеринке и еле держался на ногах от усталости. Следующий момент, который помню: передо мной отец с вздыбленными волосами, как у героя какого-нибудь мультфильма. Оказалось, что я заснул в самый неподходящий момент, когда он отключал провода. Фонарик выпал у меня из рук, и папа что-то не то нажал, его ударило током. Мне было 13 лет, но я помню этот случай до сих пор. Отец, понятно, был сердит на меня – еще бы! Но это хороший урок жизни. Теперь я знаю, что если завтра мне предстоит работать, то сегодня я не позволю себе гулять на всю катушку. Работа есть работа, и относиться к ней нужно серьезно.  Может, в этом и есть секрет успеха.

Мы с братьями воспитывались в строгости, нам  в принципе не разрешалось иметь собственного мнения. Нам говорили: будете зарабатывать и обеспечивать себя, вот тогда и будете решать, как правильно жить, что делать, а пока слушайте нас.

Я воспитывался в хорошей добропорядочной семье, но весьма строгих нравов. Сейчас по части строгости и дисциплины у нас Джада, моя жена. У нее не забалуешь. Я же никогда ни словом, ни жестом своих детей не наказываю. Не было такого. Но поскольку сам стараюсь нести ответственность за многое, то подразумевается, что Уиллоу, Джейден и старший сын Трей тоже должны отвечать за свои поступки. Ну, скажем, если вечером Джейден или его сестра не хотят идти спать, я не стану заставлять их. Но утром им придется нести ответственность за свое поведение и делать то, что должно, без всяких поблажек. Моя главная гордость – то, что мои дети – первое поколение, не озабоченное и не озадаченное вопросом выживания. Всего лишь навсего выживания. А ведь именно так рос я, и мои родители, и их родители. Из поколения в поколение. Ведь что такое свобода в конечном счете? Выбор. И мои дети с очень раннего возраста умеют и имеют возможность делать свой собственный выбор. Сложно принимать решения, очень сложно, особенно в детстве, юности, но без этой свободы разве можно жить?

Уилл Смит с супругой Джадой Пинкет-Смит

Каждый мужчина на самом деле хочет взять в жены женщину, которая, прежде всего, способна быть настоящим другом. Ну, потому что дома как-то не очень приятно врага-то встречать. Впечатлить, увлечь, соблазнить и так далее могут многие женщины. А вот так, чтобы с ней было легко и просто, и можно было себя на все сто процентов чувствовать самим собой, и никогда не скучать вместе… Вот это и есть мои отношения с Джадой. Могу дать совет всем замужним женщинам. Когда понимаете, что ваш муж перестает вас слушать, реагировать на вас и все, что вы говорите, в одно ухо входит, в другое выходит, попробуйте сказать ему, глядя в глаза и крепко обнимая, как сильно вы его любите.

Знаете, я очень тяжело пережил свой развод с первой женой, матерью моего старшего сына Трея. Эмоционально это стало одним из самых разрушительных воздействий на меня. Сыну было всего два с половиной годика, и я чувствовал себя полнейшим неудачником. Потому что не сумел сохранить семью, сделать так, чтобы мой брак был счастливым. Мысль о том, что кто-то может меня не любить, разлюбить, не выходила из головы, не давала покоя. Я готов к тому, чтобы меня нокаутировал Майк Тайсон. Честно, на ринге, в процессе борьбы. Черт бы с ним. Но получить смертельный удар в темном углу, исподтишка – это совсем другое дело.

Читайте также. Камбербэтч об отцовстве

Мы с Джадой стараемся давать детям максимальную свободу во всем: в работе, личной жизни и учебе. Не указываем им, как жить, поступать в той или иной ситуации. В нашей семье не принято наказывать детей, ограничивая, таким образом, их свободу. Главное – научить их принимать решения и нести за них ответственность. Иногда, конечно, они набивают шишки. Но это бесценный опыт. А мы с женой готовы во всём их поддерживать, помогать и делом, и словом.

Важно, чтобы дети смогли объяснить, почему они поступили так, а не иначе, и понимали последствия своих действий. Приведу пример. Уиллоу решила побриться наголо. Ни я, ни жена не возражали. Это ее волосы, она имеет право распоряжаться ими так, как считает нужным. Дочь приняла решение и сделала ответственный шаг. Я, как отец, не хочу, чтобы она постоянно зависела от моего мнения, все время ждала подсказки, что надо делать.

Уилл Смит с дочкой Уиллоу

Безусловно, бывают ситуации, в которые мы просто обязаны вмешаться. Например, дочь берет уроки игры на фортепиано. Это, согласитесь, большой труд. И Уиллоу решила, что ей это ни к чему. Она сама позвонила преподавателю и отменила все занятия. Узнав об этом, мы с женой провели воспитательную беседу. «Уиллоу, – сказали мы ей, – не хотим давить на тебя, но пойми, занятия музыкой очень пригодятся тебе в будущем. Потом ты можешь пожалеть о своем решении. По крайней мере, давай договоримся так: ты заканчиваешь обучение в этом году. А дальше обсудим, будешь продолжать заниматься или нет». Если с прической все ясно – ну побрилась наголо, волосы отрастут, в следующий раз уже будет думать, надо ей это делать или нет, – то с уроками музыки все не так просто. Пройдут годы, и дочь спросит нас, почему мы тогда не настояли на своем. Тут мы должны дать ей совет. Опять же – не отругать, а именно поговорить, объяснить свою позицию.

Уилл Смит с дочерью Уиллоу и сыном Джейденом
Уилл Смит с дочерью Уиллоу и сыном Джейденом

Сейчас мой сын и дочь находятся в тинейджерском возрасте, когда у них появляется юношеский максимализм и «бурлят» гормоны. Однако я не запрещаю делать детям то, что они хотят делать. Проблема плохого воспитания берет свои корни от родителей, которые слишком много запрещают своим детям и чрезмерно контролируют их.

Важно рассмотреть в своих детях талант и помочь ему раскрыться. Мы с женой в свое время приняли решение сделать из Джейдена актера, но это был и выбор сына. Мы с Джадой видим, что наши дети творческие личности, им нужно развиваться в этом направлении. Мы просто даем им такую возможность, а не решаем за них.

Вспоминаю себя в возрасте Джейдена и поражаюсь тому, насколько он другой, как глубоко он мыслит. Будучи подростком, я, как мне теперь кажется, мыслил более примитивно. И я рад, что мой сын перепрыгнул меня. Конечно, я беспокоился, что Джейден вечно будет находиться в тени своего отца, его начнут тяготить мои успехи в жизни. Но сейчас вижу, что он справится со всем этим и сможет сделать даже больше, чем когда-то сделал я.

Мы действительно считаемся с мнением детей, принимаем их такими, какие они есть.  И всеми силами стараемся развивать их таланты. В нашем доме все устроено таким образом, чтобы можно было реализовать любые творческие порывы. Например, в фортепиано вставлено специальное записывающее устройство: наиграл какую-то мелодию, решил ее записать, нажимаешь на кнопку – и готово. Повсюду расставлены мольберты и краски. Короче, твори – не хочу!

Я занят карьерой сына и дочери. Продюсирую их телешоу, музыкальные проекты, клипы, фильмы с их участием. Очень комфортно себя чувствую в роли продюсера. Как будто рожден был для этого дела. Дети мои очень талантливые ребята, иначе я не стал бы ими заниматься, поверьте. Но они же дети. И с Джейденом, например, никто лучше меня на площадке не справится. В том смысле, что не вытащит из него все самое лучшее, на что он способен. Не убедит, как нужно еще разочек и еще раз постараться. Как было в Китае, где мы снимали «Каратэ-пацан». Представляете, мой ребенок постоянно дерется, и его все время бьют, а я, большой папочка, не могу с этим ничего поделать! Наоборот – еще и подталкиваю сына, мол, давай, давай! Еще сильнее!

Мой сын Джейден отказывается быть рабом вещей. Он имеет лишь одну пару ботинок. У него три пары брюк и пять рубашек. И я уважаю его. Очень интересно наблюдать за этим, потому что я из среднего класса, газ и свет нам отключали, если мы не платили по счетам… он уже из другого класса, и для меня важно, как он пользуется тем, что ему нужно. Он говорит: «что я буду с этим делать?» но я правда хочу, чтобы у него была еще одна пара обуви.

Благодаря моему сыну я только сейчас начал понимать и понемногу принимать вот какую идею: некоторые вещи, которые ты не умеешь делать хорошо, это как раз те вещи, которые могут по-настоящему помочь людям.

Мои дети прекрасно осведомлены в этом бизнесе и понимают природу поражения – это жесткий мир для молодых людей и вообще для любого.

Уилл Смит с супругой Джадой, дочерью Уиллоу и сыновьями Джейденом и Треем
Уилл Смит с супругой Джадой, дочерью Уиллоу и сыновьями Джейденом и Треем

«Чем больше нас унижают, тем более сильными это может сделать нас, – часто говорим мы детям фразу, которую узнали от Пемы Чодрон (первая женщина Запада, принявшая монашество в буддизме, ученица тибетского мастера Чогьяма Трунгпа, ее лекции и книги посвящёны исследованию природы человеческих страданий и страхов – прим. редакции). – Мы называем это, отдаться острым вещам. В случае, когда что-то огорчает тебя, просто поддавайся ему до тех пор, пока оно не потеряло власть. Ты должен выдержать определенное количество страданий и тогда все будет лучше. Идея в том, чтобы суметь выстоять с открытым сердцем и любовью в нем».

Когда ты появилась на свет, моя дочурка Уиллоу, мне потребовалась буквально пара секунд, чтобы осознать: вот тот человек, ради которого я готов буду отдать свою жизнь, если потребуется.

Традиционное образование основано на фактах, числах и экзаменах, а не на истинном понимании материала и получении навыков по его использованию в реальной жизни. Поэтому мы с женой не отдаем наших детей в обычную школу (Уилл Смит с женой Джадой Пинкетт-Смит открыли частную школу для детей младшего возраста «New Village Academy of Calabasas» – прим. редакции).

«Государство» Платона – вот что должны читать дети. И еще «Политику» Аристотеля. Почему этого всего не преподают в первом классе?

Когда тебе исполняется 40, ты в какой-то степени производишь переоценку ценностей, пересматриваешь свои позиции в жизни. Сейчас я начинаю замечать, что есть удовольствие от общения с близкими людьми, а есть нежность и любовь, и я бы заметил это раньше, если бы не необходимость закрыть глаза на все, что не касается работы. Возраст это меняет. Ты становишься эмоционально доступнее, если у тебя растут дети, а остальное отходит на второй план.

У меня сложилась прямая связь между выживанием в этом мире и уроками выживания, исходящими непосредственно от родителей, поэтому я не знаю, как быть отцом как-то иначе. Ты должен быть с детьми каждый день, чтобы иметь возможность поймать тот момент, когда нужно что-то объяснить, что-то подсказать. Без этого ты теряешь возможность настоящего контакта. Я не представляю, как я могу быть отцом, участвующим в жизни моих детей, если я не с ними в самый важный период, когда формируются их характеры, индивидуальность. 

«Не принимай успехи как должное, но помни – тебе доступно всё, стоит только как следует пожелать», – не устаю повторять своим детям то, что мне матушка еще в детстве сказала. Я вот о чем. К очень многим людям я отношусь с огромным уважением, почтением и преклоняюсь перед ними. Но в моих единственных идолах числятся только мои родители.

Читайте также. Джуд Лоу: «Я – ненормальный папаша»