Даже когда мужчина вырастает без отцовской поддержки, ему трудно признатся в том, что ее не хватало в детстве. По просьбе Fathers Club экономист Алексей Калмыков решился на такой откровенный рассказ.

В моей сознательной жизни встреча с этим человеком состоялась лишь однажды. И уже тогда, когда я твердо стоял на ногах, получил образование и успел заработать первые деньги. Когда мне было 23, к нам приехал папа. Из Кубы в Украину. Поскольку в стране, где жил мой отец, финансовая ситуация намного сложнее украинской и среднемесячный заработок составляет около 20 долларов, средства на покупку билета (около тысячи долларов) собирали вместе – мама, я, двое моих братьев и сестра.

Я не знал, как вести себя с этим человеком, о чем и как разговаривать. У меня не было такого опыта. Было тяжело называть папой человека, который дал мне жизнь. Я был рад нашей встрече. Понимал, что это мой папа. Но не мог абсолютно открыто общаться. Было тяжело. Но при этом всем, когда он уезжал, мы, четверо его детей, стояли и плакали на вокзале. Не знаю, как описать наши чувства. Мы понимали, что, возможно, больше никогда не увидим этого человека. Расставание было тяжелым. Отцу тогда было лет 50.

Мои родители расстались, когда мне было четыре года. Они познакомились во время учебы в России, потом жили в Виннице, потом переехали на Кубу — родину отца. Через четыре года мама вернулась c нами обратно на родину, в Украину. А отец остался там. Вернуться уже не получалось, СССР развалился, а кубинцам в то же время запретили выезжать из страны. Мама, несмотря на то что имела на руках четверых маленьких детей, не желала возвращаться к нашему папе. А отец не мог к нам приехать. Связь с нами ограничивалась письмами, а иногда – звонками на домашний телефон. Буквально недавно у отца на Кубе появилась женщина. Но других детей у него нет.

Я похож на своего отца улыбкой. Однако мама говорит, что у нас с ним гораздо больше сходства – походка, характер, гены дали свое. Но я не знаю. Я был с отцом только до четырех лет.

Читайте также. 20 вопросов, которые вам стоит задать своему отцу

В детстве мне читали книги по-испански, говорил я по-испански, после переезда в Винницу, меня долго приучали к украинскому. Испанский мог стереться из моей памяти, но моя мама преподает этот язык в школе, поэтому я до сих пор понимаю речь отца.

1PEgr0IbJp0
Алексей Калмыков

 Думаю, отец, когда оставил маму с детьми, не до конца осознавал, что теряет. Сейчас он старается при любых обстоятельствах писать нам. У меня пока нет жены и детей. Но когда я общаюсь с ребятами, у которых рождается ребенок, замечаю, что они вначале не понимают всей ценности этого события, и лишь после того, как ребенок начинает говорить, в их восприятии происходят положительные перемены. Вот такие мы, мужчины, не сразу понимаем, какое это счастье – ребенок.

Я очень нуждался в отце. В школе в ситуациях, когда нужен был отец, маму вызывали. Я был не очень хорошим ребенком, вредным. Я учился в школе, в которой мама преподавала. Мама по мере возможности решала те вопросы, которые должен был решать мужчина. У нее нас четверо, и всем было нужно внимание, и мама не всегда могла его дать в полном объеме. Она, конечно, много вложила в нас, но какие-то пробелы есть.

Читайте также. Отцовская рана лидера Metallica

Мне повезло: в школе меня никогда не обижали. Я всегда говорил правду. Еще, может, не обижали потому, что боялись – я всегда был в хорошей физической форме. Думаю, то, что у меня папа кубинец, даже помогало мне – этим я отличался. Со временем мне дали прозвище Кубинец, оно меня  ничуть не оскорбляло.

Взросление без отца не принесло мне пользы. Конечно, хотелось, чтобы отец был рядом. Он может направить, поддержать. Это тяжело, когда нет папы. Я сейчас понял, что если женюсь, то по любви и приложу максимум усилий, чтобы сохранить семью. Потому что понимаю, насколько это важно.

Я не знаю, что произошло между моими родителями. Как мужчина, папа мог попытаться что-то предпринять. А что именно предпринять, какие у него были возможности, я тоже не знаю. Понимаю, что не так все просто. Поэтому у меня вообще нет претензий к нему. И никаких обид на него у меня никогда не было. Возможно, это и хорошо, что жизнь заставила нас закалиться. Но во многом мы, его сыновья, учились на собственных ошибках. Нам никто ничего не объяснял и не говорил – с мужской точки зрения. А ведь вклад отца в воспитание трудно переоценить. Именно отец способствует становлению сына как мужчины.

Читайте также. Что происходит с ребенком, который растет без отца? Отвечают психологи

В моей жизни не было авторитетов-мужчин, которые бы мне помогали. Но когда-то у меня была девушка, отцом которой я восхищался. Я знал, как он живет, его отношение к семье, дочери, жене, к работе. Ему 50 лет, но мужчин в такой хорошей форме, с таким адекватным мышлением и отношением к своей семье я никогда раньше не видел. Мне он не давал никаких наставлений. Я просто наблюдал и понял, что можно вот так жить, быть таким человеком. Меня мама оградила от ложных авторитетов. Раньше были авторитеты из криминального мира – в фильмах, но я их не смотрел, мама не разрешала. Мне нравится мой дедушка, его характер, он интеллигентный мужчина. Но это хорошо, когда именно папа авторитет.

Мужчинам нужно учиться строить отношения. Даже если так складывается, что родители разводятся, важно все равно быть рядом с ребенком. Развод не значит, что папа должен отойти в сторону и изолироваться. Если у него нет желания видеть своего ребенка, проводить с ним время, это очень плохо. Мои пожелания для пап: думайте головой сейчас, чтобы спустя время не пришлось сожалеть; чтобы потом не спросили, где вы были, когда ребенок рос, и почему теперь он от вас отворачивается. Потому что кто-то простит таких отцов и матерей, кто-то поймет, но многие – нет.OLYMPUS DIGITAL CAMERA

Уже почти три года, как я переехал из Украины в Майами. Тут, в американском штате Флорида, 67 процентов населения – кубинцы. Это люди, которым удалось выехать из Кубы и устроиться на работу в США. Я попал в этот город на берегу океана на правах кубинца – прилетел самолетом в Мексику и перешел границу. Эта возможность, наверное, самый большой подарок, который я получил от своего отца. За пару лет до меня в Майами поселился мой младший брат с семьей. Сейчас мы обеспечены и прекрасно себя чувствуем в теплом климате.

Когда я жил в Украине, я меньше чувствовал себя украинцем, нежели теперь, живя в Америке. Что касается кубинцев, то мне многое нравится в этом народе. Прежде всего – их позитивное, радостное отношение к жизни. Они счастливые ходят. И это классно. Они умеют отстраниться от всех проблем и просто жить. Кубинцы считают, что первая важность – жизнь. Когда я с ними работал, постоянно твердил, что нужно трудиться. А они не нервничают, говорят: «Успокойся, расслабься!». И улыбаются.

Когда тут, в Америке, завершу все запланированные дела, я первым делом, конечно, поеду на пару дней туда, где я вырос — в Винницу. А потом хочу поехать на Кубу, месяца на три-четыре, чтобы побыть с папой. Я бы жил на Кубе, если бы там ситуация получше была.

Недавно брат с мамой побывали на Кубе и вернулись в восторге. Конечно, там очень сложно деньги зарабатывать. Но кубинцы в целом довольны. Они живут гораздо беднее, чем украинцы, у них даже Интернета нет дома. И до сих пор на пайках – мыло, порошок, буханка хлеба. Я хотел бы поехать туда, побыть в той атмосфере, окунуться в детские воспоминания – может, мне это поможет в жизни. Даже подумываю создать какой-то бизнес на Кубе вместе с братом. Там сейчас частично распродают земельные участки. Если все сложится удачно, можно будет переехать и жить там.

Записала Оксана Тупальская.

Фото — кадр из фильма «Возвращение», режиссер Андрей Звягинцев.

Читайте также. Как мне тебя не хватало.